Stella Art Foundation представляет первый масштабный выставочный проект в новом пространстве Фонда — «Парсуны нон грата» художников Бориса Орлова и Сергея Шеховцова. Выставка соберет более 60 работ авторов, среди которых никогда прежде не экспонировавшиеся произведения классика соц-арта Бориса Орлова и скульптуры Сергея Шеховцова, охватывающие 25-летний творческий путь художника.
Связанных многолетней дружбой авторов объединяет обращение к темам исключенного, подавляемого и скрытого. Название выставки «Парсуны нон грата», остроумно отсылающее к одному из ключевых проектов выставки, указывает нам на фигуры (персоны) умолчания, вытесненные в область коллективного бессознательного.
Художник Борис Орлов, стоящий у истоков соц-арта, начиная с середины 70-х разрабатывает строгую систему функционирования подсознательного советской идеологии. Обнаруживая пластические признаки больших стилей в официальном визуальном языке социалистического реализма, Орлов, словно следопыт или психоаналитик, следует по этим крошкам-оговоркам до вытесненных из официального языка, невидимых оснований советского мифа.
По словам самого художника: “Меня больше всего интересовал феномен империи, а тогда этого слова даже произнести вслух нельзя было. А я, такой молодой и смелый, вдруг стал в своем творчестве эту тему разрабатывать. И изучая весь опыт и принцип работы машины советской пропаганды, я увидел, что весь визуальный опыт Советского Союза базируется на визуальном наследии всех мировых империй, от Александра Македонского через Рим, Наполеона, сталинский стиль и прямиком к Брежневу. Тема власти всегда была для меня очень важна, но сам я никогда политикой не занимался, так что сказать, что я политический художник, неправильно. Я, скорее, исследователь, наблюдатель, художник-политолог.”
В каком-то смысле Борис Орлов — художник-реалист, “всего лишь” фиксирующий и описывающий систему функционирования механизмов работы непристойной изнанки идеологии.
Несколько иную оптику на исключенный объект мы встречаем в работах Сергея Шеховцова, обращающегося к отброшенным и отвергнутым низовым образам массовой культуры и обыденности. Выполненные из “неблагородных” промышленных материалов, часто покрытые хаотичными граффити, обманчиво лёгкие sculptura secunda Шеховцова кажутся незавершенными.
Вот что говорит сам художник о своих работах: “В 2001 году возникло ощущение мира как мягкой, аморфной, обманчивой материи. И первый проект хотелось сделать о том, что окружающий мир — это иллюзия. В целом это было поп-артистское высказывание, а обработка материала граффитистским инструментом усиливала ощущение иллюзии. Важны были фактура, история про мягкость и твердость…”
Объекты в работах находятся в состоянии постоянного становления и, избегая окончательной формы, предпочитают пребывать в движении. Бесконечно мутируя и сливаясь, предметы и герои работ Шеховцова не могут поделить между собой единое пространство и изгоняются в бесконечную пустоту означающего, дрожащего перед зрителем изломом пластикового бока.
Неудивительно, что излюбленными героями художника стали исключённые и бесправные жители города, homo sacer городской фауны — голуби и бродячие собаки.